Неточные совпадения
— Пойдемте, маменька, — сказала Авдотья Романовна, — он верно так сделает, как обещает. Он воскресил уже
брата, а если правда, что доктор
согласится здесь ночевать, так чего же лучше?
Он видел, что
брата и Катавасова убедить нельзя, и еще менее видел возможности самому
согласиться с ними.
Левин сказал жене, что он верит, что она желала ехать, только чтобы быть полезною,
согласился, что присутствие Марьи Николаевны при
брате не представляет ничего неприличного; но в глубине души он ехал недовольный ею и собой.
Левин должен был
согласиться, и, оправившись и совершенно забыв уже про Марью Николаевну, он опять с Кити пошел к
брату.
Он не мог
согласиться с тем, что десятки людей, в числе которых и
брат его, имели право на основании того, что им рассказали сотни приходивших в столицы краснобаев-добровольцев, говорить, что они с газетами выражают волю и мысль народа, и такую мысль, которая выражается в мщении и убийстве.
— Это я знаю, —
согласился Дронов, потирая лоб. — Она,
брат… Да. Она вместо матери была для меня. Смешно? Нет, не смешно. Была, — пробормотал он и заговорил еще трезвей: — Очень уважала тебя и ждала, что ты… что-то скажешь, объяснишь. Потом узнала, что ты, под Новый год, сказал какую-то речь…
— Ну, пусть не так! — равнодушно
соглашался Дмитрий, и Климу казалось, что, когда
брат рассказывает даже именно так, как было, он все равно не верит в то, что говорит. Он знал множество глупых и смешных анекдотов, но рассказывал не смеясь, а как бы даже конфузясь. Вообще в нем явилась непонятная Климу озабоченность, и людей на улицах он рассматривал таким испытующим взглядом, как будто считал необходимым понять каждого из шестидесяти тысяч жителей города.
— И ты прав, ей-богу прав! — сказал самозванец. — Ты видел, что мои ребята смотрели на тебя косо; а старик и сегодня настаивал на том, что ты шпион и что надобно тебя пытать и повесить; но я не
согласился, — прибавил он, понизив голос, чтоб Савельич и татарин не могли его услышать, — помня твой стакан вина и заячий тулуп. Ты видишь, что я не такой еще кровопийца, как говорит обо мне ваша
братья.
— Это мы втроем дали три тысячи, я,
брат Иван и Катерина Ивановна, а доктора из Москвы выписала за две тысячи уж она сама. Адвокат Фетюкович больше бы взял, да дело это получило огласку по всей России, во всех газетах и журналах о нем говорят, Фетюкович и
согласился больше для славы приехать, потому что слишком уж знаменитое дело стало. Я его вчера видел.
— Как эксперта. Хотят вывести, что
брат сумасшедший и убил в помешательстве, себя не помня, — тихо улыбнулся Алеша, — только
брат не
согласится на это.
Соглашаться с ним нельзя было, как и с
братом его, но понимать его можно было лучше, как всякую беспощадную крайность.
Я не мог бежать с ним: в те дни у меня была своя задача — я решил быть офицером с большой светлой бородой, а для этого необходимо учиться. Когда я рассказал
брату план, он, подумав,
согласился со мною...
Поселенцы
согласились с ним, но по их лицам видно было, что и в будущем году
брат и сын будут есть вонючую рыбу.
— Подожди,
брат; я пойду, а ты подожди… потому… объясни мне хоть ты, Лев Николаич, хоть ты: как всё это случилось и что все это означает, во всем, так сказать, его целом?
Согласись,
брат, сам, — я отец; все-таки ведь отец же, потому я ничего не понимаю; так хоть ты-то объясни!
Когда сказан был набор и с семьи чубаловской рекрут потребовался, отцом-матерью решено было — и сам Абрам, тогда еще холостой, охотно на то
соглашался — идти ему в солдаты за женатого
брата, но во время приема нашли у него какой-то недостаток.
— Ничего; на сруб она
согласится. Она,
брат, насчет лесов глупа. Намеднись еще говорила: «Только дороги эти леса портят, вырубить бы их».
Марья Гавриловна
согласилась. Когда
брат ее приехал из Казани и стал уговаривать богатую сестру ехать к нему на житье, она ему наотрез отказала. Обещалась, впрочем, летом побывать к нему на короткое время в Казань.
Вечерком по холодку Патап Максимыч с Аксиньей Захаровной и кум Иван Григорьич с Груней по домам поехали. Перед тем Манефа, вняв неотступным просьбам Фленушки, упросила
брата оставить Парашу погостить у нее еще хоть с недельку, покаместь он с Аксиньей Захаровной будет гостить у головы, спрыскивать его позументы. Патап Максимыч долго не
соглашался, но потом позволил дочери остаться в Комарове, с тем, однако, чтоб Манефа ее ни под каким видом в Шарпан с собой не брала.
— Кем? Разъяснить это и есть задача следствия. Что смерть князя последовала от вмешательства посторонней руки — если этого из дела ясно не видно, то это чувствуется.
Согласитесь сами, человек совершенно здоровый, богатый, собирающийся ехать в гости в половине будущего сентября к
брату, вдруг ни с того, ни с сего травится сам. В этом нет логики.
Ап. Павел
соглашался быть отлученным от Христа во имя любви к
братьям.
— И богатство есть, и фабрики, и заводы; даже полиция есть. Но чтоб была цивилизация — вот с чем я никогда не
соглашусь! Плоха,
брат, та цивилизация, от которой мертвечиной пахнет, в которой жизни духа нет!
Все совершилось как по-писанному, что предполагал Петр Федорович.
Брат и его семья, состоявшая из жены и восьмерых детей мал мала меньше, приняли очень радушно Семидалова и его спутницу и
согласились на его просьбу, подкрепленную опять же шелестом ассигнаций.
— Так, так… — рассеянно
соглашался Тит, оглядывая избу. — А теперь, значит, этово-тово, при
брате состоишь?
— Как же это? надо,
брат, надо отыскать голову… Голова, братец, это при следствии главное… Ну, сам ты
согласись, не будь, например, у нас с тобой головы, что ж бы это такое вышло! Надо, надо голову отыскать!
А дяденька сколько раз их об этом просили, как
брат, почитая память покойной ихней сестры, однако родитель не
согласились ихней просьбы уважить, потому что именно хотели они меня своею рукой загубить, да и дяденьке Павлу Иванычу прямо так и сказали, что, мол, я ее из своих рук до смерти доведу…
О,
согласитесь, Настенька, что вспорхнешься, смутишься и покраснеешь, как школьник, только что запихавший в карман украденное из соседнего сада яблоко, когда какой-нибудь длинный, здоровый парень, весельчак и балагур, ваш незваный приятель, отворит вашу дверь и крикнет, как будто ничего не бывало: «А я,
брат, сию минуту из Павловска!» Боже мой! старый граф умер, настает неизреченное счастие, — а тут люди приезжают из Павловска!
Предложил для пирушки свою квартиру. Мы с
братом Мишей все еще жили у переплетчика Караса, но уже на третьей, кажется, квартире: он постоянно менял квартиры и перетаскивал нас с собою. Сложились, купили четверть водки, колбасы, сыру, килек. Пригласил я и Шлепянова, — думал, всякий
согласится с удовольствием. Шлепянов спросил, кто будет, поморщился. Однако сказал: «Приду».
Неужели он может
согласиться на то, чтобы признаваемый им глава правительства командовал бы армией и флотом и водил
братьев его убивать
братьев же иноплеменников?
В целом городе, на улицах, домах, только и было речей об ожидаемом позорище. Я и
брат нетерпеливо желали быть в числе зрителей; но мать моя долго на то не
соглашалась. Наконец, по убеждению одного из наших родственников, она вверила нас ему под строгим наказом, чтоб мы ни на шаг от него не отходили.
— Весь Петербург… — злобно проговорил Савин. — Если хочешь,
брат, знать, то меня иногда приводит в бешенство именно то, что «весь Петербург» может
соглашаться с этим… И зачем снята она в этом костюме.
Поверенный и
брат советовали Савину возвратиться, чтобы снять с себя это позорное обвинение, но он
соглашался лишь при условии отмены меры пресечения не уклоняться от суда и следствия и просил их хлопотать об этом.
— Да,
брат, эти дела не так-то скоро забываются! —
соглашался он со мной.
— Вот — верно! —
согласился Кожемякин. — Василий Васильич, это,
брат, верно!
Так Володин и сделал. И еще придумал одну замысловатую штуку: предложил Надежде Васильевне заниматься с ее
братом ручным трудом. Надежда Васильевна подумала, что Володин нуждается в заработке, и немедленно
согласилась. Условились заниматься три раза в неделю по два часа, за тридцать рублей в месяц. Володин был в восторге: и денежки, и возможность частых встреч с Надеждою Васильевною.
Люди внесли ужин, и, полчаса спустя, все разъехались и разошлись. Дарья Михайловна упросила Рудина остаться ночевать. Александра Павловна, возвращаясь с
братом домой в карете, несколько раз принималась ахать и удивляться необыкновенному уму Рудина. Волынцев
соглашался с ней, однако заметил, что он иногда выражается немного темно… то есть не совсем вразумительно, прибавил он, желая, вероятно, пояснить свою мысль; но лицо его омрачилось, и взгляд, устремленный в угол кареты, казался еще грустнее.
Дедушка
согласился и уехал с бабушкой домой на своих дрогах, а Елизавета Степановна с маленьким
братом села на другие дроги.
Но она захотела, чтоб Алексей Степаныч написал рекомендательное письмо к ее заочному другу и покровителю ее
братьев А. Ф. Аничкову; разумеется, жених с радостью
согласился исполнить ее желание.
К шести неделям рассудок несколько овладел страждущею душою Прасковьи Ивановны, и она поехала, или, лучше сказать,
согласилась поехать в Парашино вместе с
братом и со всем его семейством, чтобы отслужить панихиду и отправить сорочины на могиле Михайла Максимовича.
Он убедительно доказал, что весь гнев Степана Михайловича упадет на родную бабушку Бактееву, которая тоже по своей опасной болезни, хотя ей теперь, благодаря бога, лучше, имела достаточную причину не испрашивать согласия Степана Михайловича, зная, что он не скоро бы дал его, хотя конечно бы со временем
согласился; что мешкать ей было нельзя, потому что она, как говорится, на ладан дышала и тяжело было бы ей умирать, не пристроив своей родной внучки, круглой сироты, потому что не только двоюродный, но и родной
брат не может заменить родной бабушки.
Та, почему-то, без-отчетно для самой себя, вполне уверенная, что «свадьбе
брата с княжной Варварой не бывать» именно потому, что так сказал Кржижановский,
согласилась поехать и, конечно, уговорила княжну Варвару Ивановну.
Образ
брата, каким она представляла его себе, заслонил пред ней и отца и Смолина, и она уже говорила себе, что до встречи с Тарасом ни за что не
согласится выйти замуж, как вдруг отец крикнул ей...
— Ну да, Танцев;
согласился я,
брат Сергей, и на это. Только уж тут они такую ему подыскали рифму, что и сказать нельзя! Сегодня опять приходит, опять выдумал что-то новое. Бьюсь об заклад, что у него есть наготове новая фамилия. Есть иль нет, Григорий, признавайся!
— Это его дело, а не твое, — прервал с твердостью граф Купшин. — Там нет ни сестры, ни
брата, там нет родства, где дело идет о благе отечества. Трудна жертва нашего доброго Петра, кто из нас с этим не
согласится? Но я сам первый положил палец в эту рану и уверен, что, кроме ее, нет другого спасения. Ожидаем теперь твоих возражений, Зуда.
И
брат сам уговаривал меня, для какого-то общего блага,
согласиться на этот развод.
Петру стоило только обнаружить свою мысль, и Василий тотчас же
согласился столько же по слабости духа и тому влиянию, какое производил на него буйно-несговорчивый нрав
брата, сколько и потому, может статься, что он также не прочь был высвободиться из-под грозного отцовского начала и подышать на волюшке.
Начальство не вдруг на это
согласилось, а потому мы с Александром Панаевым, состряпав какую-то драму, разыграли ее, с помощью его
братьев, в общей их квартире, довольно большом каменном доме, принадлежавшем дяде их Страхову.
— Воля божия на небеси, а великого князя Ивана Васильевича на земли; прикажи он мне утопиться — утоплюсь, только на родной град, на Спаса златоверхого, врагом не пойду. Скорей своею кровью захлебнусь, чем
соглашусь навести войско на кровь моих родичей и
братьев.
Степан обстоятельно объяснил, что с помощью мужа своей сестры он нашел священника, который
соглашается обвенчать без огласки и без согласия родителей невесты, лишь бы все бумаги были в порядке. Свидетелями при браке будут
брат его сестры и два его товарища, которым он, Степан, и выдал по сто рублей на приличную экипировку.
— Нет!.. Нет, я не могу
согласиться!.. Я столько времени живу без копейки, благодеянием только
брата!
— Верно, ходят, — снова
согласился Пётр и предложил
брату денег.